После выхода статьи Игоря Свачия в УП, от 13.02.2007 (Імперативний мандат – запорука політичної вірності), я искренне надеялась на появление контраргументации и полемики вокруг вопросов, поднятых в ней. Но этого почему-то не произошло, хотя вопрос, более чем серьезный. Не буду ссылаться на народ. Изложу то, что не нравится в этом законопроекте лично мне.

Первое
Мне не нравится то, что решение об отзыве депутатов по этому Закону принимает руководство политической партии или блока по своему смотрению. Не нравится, потому что руководство ни теоретически, ни на практике не несет никакой ответственности за свои действия ни перед кем. Есть программа парти или блока, есть обязательства (пусть даже устные) действовать в интересах реализации программы. Нет механизма отзыва партии, отсутствуют процедуры, запускающие императивный мандат на уровне Верховной Рады, что позволяет сегодня оставлять безнаказанными действия депутатов. Даже такие, которые носят явно противоправный характер.

Как это было, например, в ходе известных событий в Киевсовете, когда заместитель прокурора города в прямом эфире зафиксировал факт совершения организованной группой лиц (депутатов Верховной Рады) уголовного преступления. Замечу – конституционного преступления, потому что депутаты Парламента грубейшим образом нарушили права территориальной громады Киева на осуществление местного самоуправления. По законам любой страны мира они оказались бы за решеткой, но у нас – нет. У нас они недавно захватили электрощитовую Парламента.

И все же, безнаказанность тех, кто получает право наказывать, в данной теме вторична. Главное – это отсутствие критериев, по которым можно определить и утвердительно установить, что действия отдельного депутата направлены ПРОТИВ программных положений партии. Сегодня программы практически всех партий и блоков похожи. Различия, которые в них есть, никак не могут проявиться и быть адаптированы к уровню местного самоуправления. Проиллюстрирую это реальной ситуацией в Киеве и Виннице.

Ни в Киеве, ни в Виннице БЮТ не выдвигал своих кандидатов на пост мэров городов, поэтому в своих предвыборных выступлениях заявлял, что будет поддерживать того мэра, которого выберут горожане. Эти предвыборные обещания фракции БЮТ в местных Советах Киева и Винницы обязаны были нарушить по решению своего руководства. Чем это мотивировалось? Практически, ничем. Программой это мотивировать было нельзя, потому что в программе БЮТ нет ни одного слова о тарифах на коммунальные услуги. В Киеве переговоры о тарифах вела с Черновецким сама Тимошенко, и соглашение между ними было достигнуто (результатом чего и стало позитивное голосование БЮТ по соответствующему постановлению мэра). Но потом началась «война».

И в чем же виноваты депутаты, покинувшие свою фракцию? Только в том, что они не пожелали кулаками устанавливать право БЮТ по нескольку раз менять свою позицию по разным вопросам. Причем, менять уже после того, как договоренности достигались между руководством БЮТ и мэрии, и решения, их фиксировавшие, принимались. Кто вообще слушал бютовцев Киевсовета? С их мнением кто-то считался? Нет. Руководство фракции поменялось за три месяца четыре раза. Это хорошо иллюстрирует доводы сторонников Закона о том, сколько у депутатов возможностей быть услышанным и отстоять свое мнение в собственной партии и во фракции.

В Виннице мэр – нашеукраинец. Действия мэра соответствуют его предвыборной программе, но не соответствуют позиции руководства фракции БЮТ (в которой осталось 7 человек из 27). И вокруг чего идет война там, если (напомню) раздел о тарифах в программах и БЮТ, и НУ отсутствует, а положения об аукционной продаже земли в программе «Нашей Украины» нет? Как устоять винницкому мэру под натиском визита Тимошенко, если продажа земли с аукционов (которые она собирается вводить по всей стране) сделает ее доступной только для богатых и очень богатых людей, выстроив непреодолимые материальные барьеры для развития регионального (среднего и мелкого) бизнеса (в чем кровно заинтересованы региональные территориальные громады)? Как защитить меру регион от финансовой (а затем и неизбежной политической) экспансии восточных регионов страны, а потом российского и западного бизнеса? Можно ли винницкий конфликт уложить в рамки фракционной прописки? Безусловно, нет. Никакой закон об императивном мандате не разрешит этот конфликт, потому что он требует не политической верности, а выработки консолидированной стратегии развития региона.

В обоих конфликтах для меня бесспорна несостоятельность и вина руководства партий БЮТ и НУ. Они сделали депутатов местных советов заложниками своих политических разборок вместо того, чтобы сформировать единую (или хотя бы партнерскую) программу конкретных действий на региональном уровне (как в оппозиционных, так и в не оппозиционных ситуациях). Руководители партий и блоков даже не попытались установить рамки для образования коалиций и межфракционных объединений на уровне местного самоуправления. А кому за это предлагается отвечать? Депутатам, которые самостоятельно искали ответы на возникшие вопросы и структурировали советы таким образом, чтобы те могли работать и принимать решения, а не драться с утра до ночи.

Поэтому мне не может нравиться Закон, позволяющий группе людей применять к человеку репрессивную меру, опираясь НЕ на конкретную статью ЗАКОНА или пункта ДОГОВОРА, которую он НАРУШИЛ, а исходя из субъективной позиции, мнения, ситуативно трактуемого обстоятельства. Не нравится, потому что это – ПРОИЗВОЛ, возводящий бездарность и безответственность власти в разряд допустимой и оправданной целесообразности.

Второе

Сторонники законопроекта обосновывают произвол необходимостью отстоять права избирателя на представительство своих интересов. Дескать, избиратели проголосовали за одни партии и блоки, а сегодня структура советов стала совершенно иной – изменилось количественное представительство. С этим доводом можно было бы согласиться, если бы не… крайне высокий проходной барьер, материальный залог и неподъемная стоимость донесения до потребителя информации о себе, которые лишили миллионов наших избирателей своего представительства как такового.

В цифрах ЦВК это выглядит так: (http://www.cvk.gov.ua/pls/vnd2006/W6P001)
37.191.928 - избирателей были внесены в списки для голосования
25.957.555 – избирателей приняли участие в голосовании
19.714.576 – избирателей отдали свои голоса за партии и блоки, преодолевшие барьер.
При любых ошибках и погрешностях, более шести миллионов избирателей, так или иначе, были лишены права представительства (на выборах в местное самоуправление эти цифры в процентном соотношении еще более внушительны).
Поэтому я убеждена, что оправдывать введение Закона об императивном мандате необходимостью восстановления права избирателей на представительство нельзя. Во-первых, потому что это ложная установка не соответствующая истинной картине, а во-вторых, не исключено, что послевыборная реструктуризация как раз и вызвана стремлением это представительство восстановить или сбалансировать через институцию мэров. Сегодня, когда планируется очередное изменение избирательного законодательства, закрывать на это глаза нельзя. Иначе проблема будет загоняться в тупик и требовать все более неадекватных и неправовых методов ее решения.

Третье

Теперь поговорим начистоту о том, что собой представляют руководящие органы партий и блоков. Оставим пока в сторонке партию Регионов. Она от миграций практически не пострадала и для нее Закон об императивном мандате – своеобразная «заначка» на «кино и мороженое для девочек».
Начнем с «Нашей Украины». Союз был сформирован шестью партиями. Представительство в политсовете Союза никак не отражало реальную структуру этой политической силы. Численность партий, входящих в Союз, разная. Документов, которые бы описывали процедуру формирования политсовета Союза (соответствующего структуре блока) не существует в природе. После раскола в руководстве НУ и выхода из него части политиков, состав политсовета изменился. Чтобы решения об отзыве депутатов приобрели хотя бы видимость законности сначала нужно зафиксировать нынешнюю структуру блока, описать процедуры формирования политсовета, а уже потом по решению партий, входящих в блок, его сформировать и наделить правом отзыва. Но даже в таком сценарии решения этого политсовета не могут распространяться на тех депутатов, которые вышли из партий и блоков ДО принятия и самого Закона, и нормативно и процедурных внутрипартийных документов, соответствующих ему, потому что это априори нарушает Конституцию. «Наша Украина» ропщет и собирается обратиться в КС, а БЮТ – наоборот. Их все устраивает, хотя ситуация с руководством этой политической силы подобна тайне, покрытой мраком. И там не все так "гладко", как кажется.

Блок сформирован двумя партиями – «Батьківщиной» и Украинской социал-демократической партией. С «Батьківщиной», вроде бы все понятно – лидер - Тимошенко. А как быть с УСДП? Предвыборную программу БЮТ со стороны этой партии подписал Онопенко. А кто подавал документы в ЦВК? Минюст утверждает, что руководителем УСДП является некто Корнейчук Евгений Владимирович, который, как и Онопенко даже не имел статуса «Уповноваженої особи партії (блоку)» во время избирательной кампании. Сегодня ни Онопенко, ни Корнейчук нигде не фигурируют в качестве членов политсовета БЮТ. Но зато в руководство блока сразу же вошел Иосиф Винский, покинувший свою партию (СПУ) и фракцию после выборов.

Более того, большинство членов так называемого политсовета БЮТ даже не являются членами партий, сформировавших этот блок, а все попытки найти хоть где-нибудь список состава политсовета БЮТ не увенчались успехом – его нет в официальных источниках информации этой политической силы. Сайты БЮТ – есть (и БЮТ, и Тимошенко отдельно), а информации - нет. Ни положения о Блоке, ни положения о политсовете Блока, ни процедуры формирования политсовета БЮТ. Для «Батьківщини» кое-что есть, а для БЮТ – нет вообще ничего. В политсовет входил, в свое время, и Николай Томенко (не знаю, входит ли сегодня), который так же не является членом какой либо из партий – фундаторов БЮТ. Кстати сказать, в дни массового выхода депутатов из фракции БЮТ в Киевсовете, в СМИ появилась информация о том, что Томенко вышел из состава политсовета БЮТ, мотивируя это отсутствием коллегиальности (!) в принятии решений. Он считал, что политика Тимошенко приведет к потере БЮТом влияния в КиевСовете, и был прав. Кто прислушался к его предупреждениям, что авантюры с драками окончатся выходом депутатов из фракции? Никто.

Сторонники закона и некоторые его противники ограничиваются призывами о том, что нужно иначе формировать избирательные списки. А как быть с формированием избирательных блоков? Чтобы легитимировать существование безидеологического персонального политического блока "имени меня" нужно изначально покупать хотя бы одну карманную партию. В другом сценарии это просто невозможно. Так к кому же обращены "громы и молнии" о "продажных" депутатах? Может пришло время поговорить о покупателях и ответить на вопрос кому Закон об императивном мандате предоставляет право лишать депутатского мандата гражданина Украины?

Кому именно и персонально? Владельцу партии/блока? Неизвестно. Поэтому мне не нравится Закон, который позволяет группе людей применять репрессивную меру к человеку, в ситуации, когда их статусное право наказывать, не подтверждено законными, прозрачными и легитимными процедурами обретения такого статуса. Потому что это – не закон. Это - «суд Линча», а не утверждение принципов народовластия и справедливости.

Четвертое

Ну и, наконец, - о морали и других идеалах Майдана. Мне не нравится, что сторонники Закона всех его оппонентов считают противниками Тимошенко и на этом выстраивают свою аргументацию. Дело совсем не в Тимошенко. Меня не устраивает то, что действия политической элиты страны все дальше уводят украинскую политику от геополитических стратегических выборов и смыслов, актуализированных оранжевой революцией, в мукачевский местечковый формат персональных разборок. Закон об императивном мандате - всего лишь инструмент, тягло, с помощью которого приватизаторы политикума тянут Украину в двухпартийный капитализированный совок.

Ювелирное манипулирование правовой системой породило Мукачевский прецедент. Что же делают сегодня лидеры Майдана, убеждая себя и нас в том, что законами, попирающими Конституцию, можно решить какие-то задачи и достичь каких-то целей? Давайте уточним, каких именно целей, если даже после подписания Закона Президентом никто ничего не обсуждает кроме последующего перераспределения руководящих должностей? Ради чего принят Закон, попирающий нормы Конституции? Ради того, чтобы заместителем какого-нибудь мэра или секретарем какого-то Совета стал некто, ярко продемонстрировавший некоторым персонам политического Олимпа свою преданность и верность? Ради этого выстраивается целая стратегия переформатирования политикума вне правового поля, в нарушение статей Конституции?

Если цель другая, то нужно было бы обосновать, как этот Закон приближает нас к достижению других целей. Но такая аргументация отсутствует у авторов и сторонников Закона, потому что актуализирует другую – очень щекотливую тему. Тему о разрухе не в туалетах, а в головах – не в местных Советах, а в кулуарах парламента и политсоветах партий и блоков. По сути, тему о «Шариковых и Швондерах» украинской политики, главной целью которых является «отобрать и поделить» полномочия и должности, которые не удается завоевать и удержать личным авторитетом и социально значимыми целями. Таких целей нет!?! Есть нечто другое - «святая» уверенность некоторых политиков в том, что без их персонального кнута страна и нация (включая и 156 тысяч депутатов) будет либо не работать, либо работать во вред государству и себе самой. Точнее, это не уверенность, а аморальная и безнравственная в своей циничности информационная кампания, призванная навязать обществу эту ложную установку, позволяющую оправдывать непрекращающуюся гонку «вооружений полномочиями и должностями» для ведения следующей избирательной «военной» кампании.

Давайте ответим на вопрос - нужен ли был Закон об императивном мандате для депутатов местных советов, если бы наведение порядка в политикуме депутаты Верховной Рады начали с себя? Нет, не нужен! Потому что все от поселкового Совета до Парламента (без всякой руководящей и направляющей силы одной персоны) выстроились бы сами под ту планку значимых целей, перспективных смыслов, высоких моральных принципов и жесткой персональной ответственности, которую Верховная Рада (эта, с позволения сказать, «голова» нашей политической рыбы) установила бы для самой себя. Но «голова» не способна установить эту планку, и как ее ни называй по имени, но с нее и только с нее начинает гнить вся рыба.

И вот потому, что я не хочу позволять кому-то кого-то карать по собственному усмотрению, а не по Закону, не могу даже в мыслях своих допускать возможность спрашивать с кого-то больше, чем с себя, мне и не нравится Закон об императивном мандате. В его формате я чувствую себя не свободным гражданином свободной страны, а посетителем некоего украинизированного McDonald’s Corporation, где за мои деньги меня пытаются накормить гнилой селедкой.

Демократия несовместима с правом карать "по усмотрению", а не "по закону". Свободный человек не способен спрашивать с кого-то больше, чем с себя самого. Поэтому, дело даже не в том, как я лично отношусь к этому закону. Дело в том, что Закон об императивном мандате поставил вопрос о том, какой вектор развития избрала Украина.

Куда ведет нас, новая власть, если конституционным ее большинством принимается такой закон и без замечаний подписывается новым президентом?

***

Я искренне благодарю Алену Притулу за то, что она опубликовала эту статью на сайте Украинской Правды. Формат ее ресурса требовал значительного сокращения этой публикации и, работая над этой проблемой, я получила возможность на многие вопросы посмотреть глубже и с разных ракурсов. И за это я благодарна ей вдвойне.

Елена Маркосян

Вариант статьи на сайте Украинской правды
опубликован под названием
"Закон для шариковых и швондеров украинской политики".